Номер приказа о допуске в реанимацию родственников по закону

Содержание
  1. Инструкция: доступ родственников в реанимацию к пациенту старше 18 лет — Про Паллиатив
  2. А что это за требования? Есть ли там какие-либо ограничения?
  3. Перед посещением реанимации с меня требуют справки об отсутствии заболеваний. Это законно?
  4. Кто может навещать пациента в отделении реанимации? Могут ли отказать в посещении двоюродной сестре или племяннику?
  5. Когда родственнику нельзя находиться в палате реанимации?
  6. Врач утверждает, что в больнице карантин, и вообще – правила внутреннего распорядка запрещают приходить родственникам. Что делать?
  7. Что делать, если врачи все-таки не пускают в реанимацию к родственнику?
  8. Существуют ли другие нормативные акты, регулирующие вопросы посещения отделений реанимации?
  9. “Пускать родных обязали, а реанимация не изменилась”. 5 вопросов к закону о допуске родных к пациентам
  10. 2. Кто такие — близкие пациента и куда денут друзей?
  11. 3. Не будут ли придираться к функционалу ОРИТ?
  12. 4. Посещение или пребывание?
  13. 5. Когда ждать документ об организации посещений?
  14. В реанимацию разрешено допускать родственников
  15. Информационно-методическое письмо от 30 мая 2016 года
  16. Уважаемый посетитель!
  17. Родным и близким дали право навещать пациентов в реанимации. Условия и ограничения
  18. О каком документе идет речь?
  19. На каких условиях будет допуск в реанимацию?
  20. Могут ли отказать в доступе в реанимацию?
  21. Кстати, как можно оспорить отказ?
  22. Почему правила доступа родных к пациентам в реанимации надо менять?
  23. Законодательство
  24. Критика НКО
  25. Что происходит сейчас
  26. «Эпидемия показала, что может быть по-другому»

Инструкция: доступ родственников в реанимацию к пациенту старше 18 лет — Про Паллиатив

Номер приказа о допуске в реанимацию родственников по закону

19 августа 2020 года Минздрав России приказом № 869н утвердил общие требования к организации посещения пациента родственниками и иными членами семьи или законными представителями пациента в медицинской организации, в том числе в ее структурных подразделениях, предназначенных для проведения интенсивной терапии и реанимационных мероприятий.

Приказ вступит в силу 21 сентября 2020 года. 

Новые требования уточняют изменения, внесенныев статьи 14 и 79 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ “Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации” 9 июня 2019 года. 

К сожалению, в окончательную версию приказа Минздрава по прежнему не вошло право на круглосуточное посещения пациентов в ОРИТ, о котором ходатайствовал Благотворительный фонд помощи хосписам «Вера». 

А что это за требования? Есть ли там какие-либо ограничения?

Посетителям запрещается пользоваться мобильным телефоном и другими электронными устройствами. 

По-прежнему сохраняется правило, по которому одновременно находиться в палате могут не более двух посетителей.

А вот ограничения, касающиеся внешнего вида посетителей, сняты. Теперь перед входом в отделение не нужно надевать бахилы, халат, маску, шапочку. По крайней мере, таких требований в документе нет и вам не могут отказать в посещении, если у вас нет бахил или халата. 

Перед посещением реанимации ознакомьтесь с Правилами, а лучше распечатайте их, чтобы в случае разногласий показать медицинским работникам.

Перед посещением реанимации с меня требуют справки об отсутствии заболеваний. Это законно?

Нет. В Правилах перечислены все условия, при выполнении которых родственникам разрешается навещать пациентов в реанимации, и среди них нет требования предоставлять врачам справки об отсутствии заболеваний или результаты каких-либо анализов.

Кто может навещать пациента в отделении реанимации? Могут ли отказать в посещении двоюродной сестре или племяннику?

Согласно принятым требованиям пациента старше 18 лет могут посещать не только родственники и члены семьи, но и иные лица, например, друзья, но только с согласия пациента. 

Теперь пациента в стационаре, даже в ОРИТ, могут посещать дети без ограничения возраста. 

Для посещения пациентов в тяжелом состоянии, находящихся в палате, в том числе в ОРИТ, а также пациентов, которые не могут выразить согласие на посещение и/или отсутствует законный представитель, нужно согласие.заведующего отделением или дежурного врача / ответственного за посещения.

К сожалению, в приказе нет никаких четких критериев, которыми должны руководствоваться должностные лица медицинской организации, согласовывая посещение тяжелого пациента. 

Право на посещение священнослужителя, адвоката или законного представителя для защиты прав пациента предусмотрено статьей 19 Федерального закона № 323, оно остается неизменным.

Когда родственнику нельзя находиться в палате реанимации?

Какие-либо конкретные ситуации в требованиях не обозначены. Указано лишь то, что посетители не должны препятствовать оказанию медицинской помощи. 

Врач утверждает, что в больнице карантин, и вообще – правила внутреннего распорядка запрещают приходить родственникам. Что делать?

Запрещено посещение пациентов, находящихся в инфекционных боксированных отделениях и инфекционных боксированных палатах, а также в период введения в медицинской организации (ее структурном подразделении) ограничительных мероприятий (карантина).

Правила внутреннего распорядка – не повод вам отказать. Подобных ограничений не предусмотрено ни законом, ни Правилами посещения. Любые медицинские инструкции, указания и какие бы то ни было документы, не разрешающие посещение родственника, нарушают федеральное законодательство и не могут применяться.

Однако, в новых правилах есть оговорка о том, что посещение пациента осуществляется с учетом состояния пациента, соблюдения противоэпидемического режима и интересов иных лиц, работающих и (или) находящихся в медицинской организации. К сожалению, нигде не указано, какие требования по соблюдению противоэпидемического режима могут стать поводом запретить посещение, какие интересы и каких лиц будут основаниями отказа. 

Что делать, если врачи все-таки не пускают в реанимацию к родственнику?

Если лечащий врач отказывает в доступе в реанимацию, обратитесь к заведующему ОРИТ. Поставьте его в известность, что в случае отказа обратитесь с жалобой к главному врачу.

Если проблема не решена, необходимо подать жалобу на имя главного врача учреждения (см. форму жалобы).

Жалобу необходимо распечатать или написать от руки в двух экземплярах. Один экземпляр отдаете секретарю, на втором экземпляре вам должны поставить отметку о регистрации обращения (входящий номер, дату принятия и подпись принявшего лица) – этот экземпляр оставляете себе (см. инструкцию по подаче обращений).

Позвоните на горячую линию Минздрава РФ 8 800 200-03-89 и подайте обращение через сайт Росздравнадзора или на горячую линию Росздравнадзора 8 800 550 99 03.

Можно также обратиться с жалобами в территориальный орган Росздравнадзора, территориальный Фонд ОМС по вашему субъекту и прокуратуру на нарушение права на посещение родственника в стационаре.

Существуют ли другие нормативные акты, регулирующие вопросы посещения отделений реанимации?

Минздрав/департамент здравоохранения региона вправе принять приказ, регулирующий порядок посещения отделений реанимации в подведомственных учреждениях, который не должен противоречить нормам Федерального закона и приказа Минздрава РФ. Региональный или локальный правовой акт может расширять права граждан по сравнению с федеральным законодательством, но не ущемлять их.

Так, в Москве действует Приказ Департамента здравоохранения города Москвы от 29.06.2018 № 451 «Об организации посещений пациентов, находящихся в отделении реанимации и интенсивной терапии», в соответствии с пунктом 4.2 которого разрешено круглосуточное посещение родственниками пациентов в реанимации.

Если ваш родственник находится в ОРИТ медицинского учреждения Департамента здравоохранения г. Москвы, и вас к нему не пускают, в обращениях можно ссылаться и на Приказ № 451 (см. форму жалобы).

Материал подготовлен с использованием гранта Президента Российской Федерации, предоставленного Фондом президентских грантов.

“Пускать родных обязали, а реанимация не изменилась”. 5 вопросов к закону о допуске родных к пациентам

Номер приказа о допуске в реанимацию родственников по закону

Президент России Владимир Путин подписал закон, обязывающий больницы создать условия для того, чтобы родственники пациентов смогли посещать их в реанимациях и отделениях интенсивной терапии. Однако работа только начинается и необходимо создать еще ряд документов, уточняющих порядок таких посещений. Комментируют юристы.

Юрист Центра медицинского права Андрей Карпенко:

Андрей Карпенко

— Раньше у родственников было право на доступ в реанимацию. Но до сих пор ситуация регулировалась администрацией больницы, каждый отдельный случай рассматривался в индивидуальном порядке.

И их можно понять: реанимация — не отдельный бокс, а палата, где лежит несколько человек, пусть даже они огорожены ширмами. К одному пациенту приходит толпа родственников, но нарушаются интересы рядом лежащего. Эти нюансы требовали от главного врача определенной дипломатичности.

Теперь закон обязывает допускать родных  в любых случаях, а реанимация не изменилась.

Закон задал направление, но работы еще много. Необходимо принять огромное количество подзаконных актов, которые будут регламентировать порядок посещения пациента родственниками. Пришел родственник, продемонстрировал документы, вручили ему одежду, пропустили его, на какое время — это необходимо прописать так, чтобы не страдали пациенты.

Врачу, работающему по специальности, закон о допуске создает определенные сложности. Но как гражданину, как возможному пациенту, ему, конечно, хочется, чтобы право на общение с родственниками было реализовано.

То есть интересы диаметрально противоположны, и важно соблюсти их баланс. Представьте, если кто-нибудь с гриппом придет — такое легко может произойти. И для пациента реанимации это будет последняя инфекция в его жизни.

Нужно продумать, как это сделать максимально корректно, безопасно и никоим образом не ущемить интересы пациентов.

Медицинский юрист Полина Габай:

— Федеральный закон о так называемом допуске в реанимацию не так уж и плох, и я рада, что в ходе его доработки были учтены многие наши замечания.

2. Кто такие — близкие пациента и куда денут друзей?

Полина Габай

По сравнению с первоначальной редакцией законопроекта расширен круг лиц, которые могут посещать пациента в ОРИТ.

Помимо членов семьи и законных представителей теперь указаны родственники пациента, что безусловно правильно.

Однако как и прежде не указаны близкие лица, к которым относятся в частности просто близкие друзья пациента. Предполагаю, что такие близкие лица порой могут быть гораздо ближе родственников.

Данная категория лиц хоть четко и не определена законодателем, тем не менее, она упоминается в ряде нормативных правовых актов и поэтому могла быть спокойно внесена в закон. Мы давали подробную информацию, жаль, что это не помогло.

Кстати это фактически лишило бы медицинскую организацию и врачей обязанности принимать какие-то меры по определению статуса дозволенных посетителей.

Честно говоря, в контексте простого посещения больного мне это представляется полным абсурдом.

3. Не будут ли придираться к функционалу ОРИТ?

Закон правильно скорректировал первоначальное обозначение структурного подразделения как оказывающего исключительно реанимационные мероприятия. Конечно же, в ОРИТ помимо реанимационных мероприятий проводится еще и интенсивная терапия.

Хотя справедливости ради надо сказать, что и не только. Интенсивное наблюдение за состоянием пациента в пред- и посленаркозном периоде, лечение заболевания, вызвавшего развитие критического состояния и некоторые другие функции также входят в функционал ОРИТ.

Будем надеяться, что никто не станет придираться.

4. Посещение или пребывание?

Закон абсолютно верно говорит о посещении пациента не только на территории ОРИТ, но и вообще в медицинской организации в период нахождения пациента на стационарном лечении.

Данное положение закона было расширено по сравнению с первоначальным в целях приведения в соответствие с пунктом 6 части 1 статьи 6 ФЗ № 323, который указывает на «создание условий, обеспечивающих возможность посещения пациента и пребывания родственников с ним в медицинской организации с учетом состояния пациента, соблюдения противоэпидемического режима и интересов иных лиц, работающих и (или) находящихся в медицинской организации». Все вроде слепили, но вот только пребывание с пациентом так и осталось за бортом.

С одной стороны, это оправданное исключение, так как пребывание с пациентом очевидно потянуло бы за собой необходимость создания соответствующих условий (кровать, питание и так далее). Однако с другой стороны, формат именно посещения может смазать всю инициативу, привести к искусственно выделенному коридору времени, ограничениям по продолжительности возможного посещения и так далее.

Хотя предполагаю, а точнее надеюсь, что это будет учтено в новых требованиях к организации посещений, которые должен утвердить Минздрав. Ну и еще почему-то в новом пункте ст.

79 ФЗ № 323 (обязанности медицинской организации) нет привязки к посещениям пациентов, находящихся именно на стационарном лечении, несмотря на то, что подобная оговорка сделана в новом пункте части 2 статьи 19 (новое полномочие Минздрава по утверждению требований к организации посещения). Хотя может это как раз и неплохо.

5. Когда ждать документ об организации посещений?

Но вот, если честно, не завидую Минздраву, так как ему придется разработать весьма объемный и очень непростой документ-требования к организации посещения.

А ведь это не только ОРИТ, но и простые стационары, туберкулёзные больницы и иные медицинские организации особого типа, например, оказывающие медицинскую помощь лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы и др. Даже вот и не знаю, чего ждать, а самое главное — когда.

Стоит обратить внимание, что закон вступает в силу 9 июня и уже с этого времени организация посещений пациента больницами должна осуществляться в соответствии с новыми требованиями Минздрава.

Однако в завершение отмечу, что в законе все-таки говорится о каких-то общих требованиях, которые должен будет утвердить Минздрав, то есть, по всей видимости, это будет не полноценный документ, а какая рамка для больниц. Ну что же, поживем-увидим.

Главное, чтобы эта рамка не обрамила проект «Открытые реанимации» в черный цвет.

В реанимацию разрешено допускать родственников

Номер приказа о допуске в реанимацию родственников по закону

Я хочу рас­ска­зать вам о важ­ной для всех нас побе­де, кото­рая ста­ла воз­мож­ной бла­го­да­ря пети­ции на Change.org и 360 тыся­чам нерав­но­душ­ных чело­век, кото­рые при­ня­ли уча­стие в кам­па­нии и под­пи­са­ли петицию.

В мар­те это­го года я созда­ла пети­цию на Change.org, потре­бо­вав от Мин­здра­ва обя­зать боль­ни­цы не пре­пят­ство­вать допус­ку род­ствен­ни­ков в реани­ма­цию. Когда-то сама я при­ез­жа­ла каж­дый день к две­рям реани­ма­ции. Восемь дней мой девя­ти­лет­ний ребе­нок был в созна­нии и лежал в реани­ма­ци­он­ной пала­те один, при­вя­зан­ный к кровати….

С тех пор про­шло 15 лет, а в нашей стране ниче­го не изме­ни­лось. В мар­те это­го года я реши­ла под­нять этот набо­лев­ший вопрос. И у нас получилось!

Уже 2 меся­ца дей­ству­ет доку­мент Мин­здра­ва о допус­ке в реани­ма­цию, утвер­жден­ный 29 июня 2016 года, ситу­а­ция меня­ет­ся к луч­ше­му, она полу­чи­ла широ­кую оглас­ку, две­ри реани­ма­ции начи­на­ют открываться!

И все это, поверь­те мне, не было бы воз­мож­ным без этой кам­па­нии и актив­но­го уча­стия всех вас — поль­зо­ва­те­лей Change.org. Я гор­жусь каж­дым из вас и каж­до­му из вас очень бла­го­дар­на! Это наша с вами заслу­га! Мы сде­ла­ли очень боль­шое дело!

Желаю всем добра! Уве­ре­на, что нас ждет еще мно­го вели­ких дел — вме­сте мы сила!

Спа­си­бо!Оль­га Рыбковская,

Омск, автор петиции

Информационно-методическое письмо от 30 мая 2016 года

О пра­ви­лах посе­ще­ния род­ствен­ни­ка­ми паци­ен­тов в отде­ле­ни­ях реани­ма­ции и интен­сив­ной терапии

Посе­ще­ния род­ствен­ни­ка­ми паци­ен­тов отде­ле­ний реани­ма­ции и интен­сив­ной тера­пии раз­ре­ша­ют­ся при выпол­не­нии сле­ду­ю­щих условий:1. Род­ствен­ни­ки не долж­ны иметь при­зна­ков ост­рых инфек­ци­он­ных забо­ле­ва­ний (повы­шен­ной тем­пе­ра­ту­ры, про­яв­ле­ний респи­ра­тор­ной инфек­ции, диа­реи).

Меди­цин­ские справ­ки об отсут­ствии забо­ле­ва­ний не требуются.2.

Перед посе­ще­ни­ем меди­цин­ско­му пер­со­на­лу необ­хо­ди­мо про­ве­сти с род­ствен­ни­ка­ми крат­кую бесе­ду для разъ­яс­не­ния необ­хо­ди­мо­сти сооб­щить вра­чу о нали­чии у них каких-либо инфек­ци­он­ных забо­ле­ва­ний, пси­хо­ло­ги­че­ски под­го­то­вить к тому, что посе­ти­тель уви­дит в отделении.3.

Перед посе­ще­ни­ем отде­ле­ния посе­ти­тель дол­жен снять верх­нюю одеж­ду, надеть бахи­лы, халат, мас­ку, шапоч­ку, тща­тель­но вымыть руки. Мобиль­ный теле­фон и дру­гие элек­трон­ные устрой­ства долж­ны быть выключены.4. Посе­ти­те­ли в состо­я­нии алко­голь­но­го (нар­ко­ти­че­ско­го) опья­не­ния в отде­ле­ние не допускаются.5.

Посе­ти­тель обя­зу­ет­ся соблю­дать тиши­ну, не затруд­нять ока­за­ние меди­цин­ской помо­щи дру­гим паци­ен­там, выпол­нять ука­за­ния меди­цин­ско­го пер­со­на­ла, не при­ка­сать­ся к меди­цин­ским приборам.6. Не раз­ре­ша­ет­ся посе­щать паци­ен­тов детям в воз­расте до 14 лет.7.

Одно­вре­мен­но раз­ре­ша­ет­ся нахо­дить­ся в пала­те не более, чем двум посетителям.8. Посе­ще­ния род­ствен­ни­ков не раз­ре­ша­ют­ся во вре­мя про­ве­де­ния в пала­те инва­зив­ных мани­пу­ля­ций (инту­ба­ция тра­хеи, кате­те­ри­за­ция сосу­дов, пере­вяз­ки и т.п.), про­ве­де­ния сер­деч­но-легоч­ной реанимации.9. Род­ствен­ни­ки могут ока­зы­вать помощь меди­цин­ско­му пер­со­на­лу в ухо­де за паци­ен­том и под­дер­жа­нии чисто­ты в пала­те толь­ко по лич­но­му жела­нию и после подроб­но­го инструктажа.

10. В соот­вет­ствии с Феде­раль­ным зако­ном N 323-ФЗ, меди­цин­ско­му пер­со­на­лу сле­ду­ет обес­пе­чить защи­ту прав всех паци­ен­тов, нахо­дя­щих­ся в отде­ле­нии реани­ма­ции (защи­та пер­со­наль­ной инфор­ма­ции, соблю­де­ние охра­ни­тель­но­го режи­ма, ока­за­ние свое­вре­мен­ной помощи).

Реко­мен­ду­е­мая фор­ма памятки
для посе­ти­те­лей, с кото­рой они долж­ны озна­ко­мить­ся перед посе­ще­ни­ем сво­е­го род­ствен­ни­ка в отде­ле­нии реани­ма­ции и интен­сив­ной тера­пии (ОРИТ)

Уважаемый посетитель!

Ваш род­ствен­ник нахо­дит­ся в нашем отде­ле­нии в тяже­лом состо­я­нии, мы ока­зы­ва­ем ему всю необ­хо­ди­мую помощь. Перед посе­ще­ни­ем род­ствен­ни­ка про­сим Вас вни­ма­тель­но озна­ко­мить­ся с этой памят­кой.

Все тре­бо­ва­ния, кото­рые мы предъ­яв­ля­ем к посе­ти­те­лям наше­го отде­ле­ния, про­дик­то­ва­ны исклю­чи­тель­но забо­той о без­опас­но­сти и ком­фор­те паци­ен­тов, нахо­дя­щих­ся в отделении.1. Ваш род­ствен­ник болен, его орга­низм сей­час осо­бен­но вос­при­им­чив к инфек­ции.

Поэто­му если у Вас име­ют­ся какие-либо при­зна­ки зараз­ных забо­ле­ва­ний (насморк, кашель, боль в гор­ле, недо­мо­га­ние, повы­ше­ние тем­пе­ра­ту­ры, сыпь, кишеч­ные рас­строй­ства) не захо­ди­те в отде­ле­ние — это крайне опас­но для Ваше­го род­ствен­ни­ка и дру­гих паци­ен­тов в отде­ле­нии.

Сооб­щи­те меди­цин­ско­му пер­со­на­лу о нали­чии у Вас каких-либо забо­ле­ва­ний для реше­ния вопро­са о том, не пред­став­ля­ют ли они угро­зу для Ваше­го родственника.2. Перед посе­ще­ни­ем ОРИТ надо снять верх­нюю одеж­ду, надеть бахи­лы, халат, мас­ку, шапоч­ку, тща­тель­но вымыть руки.3. В ОРИТ не допус­ка­ют­ся посе­ти­те­ли, нахо­дя­щи­е­ся в алко­голь­ном (нар­ко­ти­че­ском) опьянении.

4. В пала­те ОРИТ могут нахо­дить­ся одно­вре­мен­но не более 2‑х род­ствен­ни­ков, дети до 14 лет к посе­ще­нию в ОРИТ не допускаются.5.

В отде­ле­нии сле­ду­ет соблю­дать тиши­ну, не брать с собой мобиль­ных и элек­трон­ных устройств (или выклю­чить их), не при­ка­сать­ся к при­бо­рам и меди­цин­ско­му обо­ру­до­ва­нию, общать­ся с Вашим род­ствен­ни­ком тихо, не нару­шать охра­ни­тель­ный режим отде­ле­ния, не под­хо­дить и не раз­го­ва­ри­вать с дру­ги­ми паци­ен­та­ми ОРИТ, неукос­ни­тель­но выпол­нять ука­за­ния меди­цин­ско­го пер­со­на­ла, не затруд­нять ока­за­ние меди­цин­ской помо­щи дру­гим больным.6. Вам сле­ду­ет поки­нуть ОРИТ в слу­чае необ­хо­ди­мо­сти про­ве­де­ния в пала­те инва­зив­ных мани­пу­ля­ций. Вас об этом попро­сят меди­цин­ские работники.

7. Посе­ти­те­ли, не явля­ю­щи­е­ся пря­мы­ми род­ствен­ни­ка­ми паци­ен­та, допус­ка­ют­ся в ОРИТ толь­ко в сопро­вож­де­нии близ­ко­го род­ствен­ни­ка (отца, мате­ри, жены, мужа, взрос­лых детей).

С памят­кой озна­ко­мил­ся. Обя­зу­юсь выпол­нять ука­зан­ные в нейтребования.ФИО __________________________ Под­пись ____________________________Сте­пень род­ства с паци­ен­том (под­черк­нуть) отец мать сын дочь мужжена иное _________

Дата ________

Ска­чать: Пра­ви­ла посе­ще­ния реанимации

Родным и близким дали право навещать пациентов в реанимации. Условия и ограничения

Номер приказа о допуске в реанимацию родственников по закону
https://www.znak.com/2020-09-21/rodnym_i_blizkim_dali_pravo_navechat_pacientov_v_reanimacii_usloviya_i_ogranicheniya

2020.09.21

В России с понедельника действуют новые правила, которые регулируют допуск родных и близких к пациентам отделений реанимации и интенсивной терапии (ОРИТ). Рассказываем, кому и на каких условиях по закону разрешены посещения и что делать, если в допуске в реанимацию отказывают.

Дарья Шелехова / Znak.com

О каком документе идет речь?

21 сентября в силу вступает приказ Минздрава № 869н, который уточняет положения поправок, внесенных в статьи 14 и 79 федерального закона о здравоохранении (323-ФЗ от 21 ноября 2011 года). Сами поправки были внесены в закон еще в июне 2019 года.

Их инициатором считается актер Константин Хабенский, который тремя года ранее, в апреле 2016 года, на одной из прямых линий обратил внимание Владимира Путина на то, что в России, в отличие от западных стран, де-факто невозможно повидаться (быть может, даже в последний раз) с родственником, если он оказался в реанимации.

Президент с постановкой вопроса согласился и поручил проработать его решение.

Нельзя сказать, что родственников в реанимации раньше не допускали совсем, но порядок их допуска к тяжелобольным регулировался локальными актами — то есть внутрибольничными приказами.

Проще говоря, вопрос всегда оставался на усмотрение больничной администрации. А ей по понятным причинам всегда было проще в этом допуске отказать.

Теперь право повидаться с членом семьи, оказавшемся в ОРИТ, гарантированно федеральным законом.

К приказу, который после корректировки базового закона выпустил Минздрав, прилагаются общие требования к организации посещения пациента ОРИТ.

Этот документ говорит о возможности такого посещения у родственников и «иных членов семьи или законных представителей пациента».

Но совершеннолетний пациент сам вправе расширить круг лиц, которые смогут его навещать, включив в него друзей, коллег и вообще кого угодно. 

Правда, пока не совсем ясно, будет ли достаточно один раз подписать какое-то универсальное согласие или всякий раз потребуется согласовывать с больным список новых посетителей.

Если пациент в силу своего состояния такое согласие дать не сможет и у него нет законных представителей (в случае с несовершеннолетними — это их родители или назначенные по закону опекуны), то вопрос будет решать больничная администрация в лице дежурного врача или лица, ответственного за организацию посещений пациентов. Такое ответственное лицо теперь должно появиться в каждой больнице или в ОРИТ.

Наиль Фаттахов / Znak.com

На каких условиях будет допуск в реанимацию?

Из документа следует, что к больному могут пустить одновременно только двух посетителей.

Это условие было и в более раннем документе — письме Минздрава от 30 мая 2016 года, которым почти сразу после памятной прямой линии и последовавшего поручения президента было довольно подробно регламентировано посещение родственниками пациентов в ОРИТ.

И кстати, оно требовало, чтобы посетителя, который не является родственником, обязательно сопровождал кто-то из членов семьи. В новом документе, который, в отличие от письма, предусмотрен федеральным законом, такого требования нет.

В новых общих требованиях также ничего не сказано о возрасте посетителей (в письме 2016 года был запрет на посещение детьми до 14 лет). От посетителей потребуют отключить или перевести в беззвучный режим мобильные телефоны и иные средства связи (ранее было одно требование — отключать гаджеты). 

Важно, что устройства не попросят оставить за пределами ОРИТ, а значит, у родственников и близких даже будет возможность сделать фото или записать видео.

В общих требованиях ничего не сказано о времени посещения, то есть формально нет ограничений на допуск родственников и в ночные часы. Логично, если этого требуют обстоятельства.

Общие требования также не регламентируют внешний вид пришедших навестить больного: ничего не сказано о том, что им нужно надевать бахилы, халат, маску, шапочку или, например, снимать верхнюю одежду.

Все это было в письме 2016 года, а теперь, вероятно, подразумевается, что соответствующие требования будут уточнены в правилах организации посещения пациентов ОРИТ, которые должны предусматривать в том числе требования, установленные санитарными правилами. Кстати, такие правила обязаны опубликовать на официальном сайте больницы и в общедоступных местах медицинской организации.

Могут ли отказать в доступе в реанимацию?

В правила, утвержденные в разгар пандемии, ожидаемо включили пункт, по которому никому нельзя навещать пациентов, находящихся в инфекционных боксах.

Впрочем, откажут в посещении больных и в тех больницах или отделениях, где введены общие карантинные ограничения.

Получается, что, даже когда человечество разберется с COVID-19, всегда будет риск, что нельзя будет посетить члена семьи, которому не повезло оказаться в реанимационной палате в период сезонного гриппа. 

Но самая плохая новость в том, что общие требования, утвержденные Минздравом, содержат довольно расплывчатые формулировки, которые могут стать основанием для отказа в допуске в ОРИТ.

И, по мнению юристов, это может нивелировать весь плюс от появления документа, сделав его фикцией.

На усмотрение дежурного врача или лица, ответственного за организацию посещений больных в ОРИТ, оставили вопрос допуска к пациентам в тяжелом состоянии. 

Из этого следует, что в посещении всегда могут отказать, сославшись именно на тяжесть состояния больного.

Есть также вопрос к пункту, который запрещает посетителям «препятствовать оказанию медицинской помощи». С одной стороны, все верно: нельзя мешать врачам делать свое дело, особенно когда стоит вопрос о жизни и смерти.

С другой — не станет ли в глазах медперсонала само пребывание «посторонних» в палате таким «препятствованием» — а значит, и поводом к отказу в посещении? Тем более в правилах есть оговорка: навещать пациента можно с учетом в том числе «интересов иных лиц, работающих и (или) находящихся в медицинской организации». Без всякой конкретики, что под этим подразумевается.

Но точно важно помнить, что в больницах не могут выдвигать условия, которые выходят за рамки общих требований. Например, если от посетителей требуют иметь при себе справку об отсутствии инфекционного заболевания, речь идет об ограничении, о котором не сказано ни в одном из упомянутых выше актов. А следовательно, это требование явно выходит за общие рамки и может быть оспорено. 

Наиль Фаттахов / Znak.com

Кстати, как можно оспорить отказ?

Для начала стоит иметь в виду, что общие требования, которые вступили в силу по приказу Минздава, — это довольно компактный документ, в котором всего 11 пунктов. Их несложно запомнить, но юристы всегда советуют подобные документы выводить на печать и брать с собой туда, где есть риск встретить вольное обращение с законом.

Если, как это часто бывает, отсылки к закону и подзаконным актам не действуют, сообщите намерение пойти к начальству, советует адвокат Екатерина Антонова из коллегии «Антонова и партнеры». Если это дежурный врач, говорите о том, что пойдете к руководителю ОРИТ; если перед вами он сам — что дойдете до главврача.

«Большинство таких ситуаций разрешается на месте путем обращения к руководителю», — уверена адвокат. Однако, отмечает Степан Хантимиров из адвокатского бюро Asterisk, сам документ Минздрава все же оставляет вероятность, что и администрация больницы не пойдет вам навстречу, мотивировав отказ тяжелым состоянием пациента.

 

В этом случае надо быть готовым идти дальше. Фиксировать отказ больницы разрешать вам допуск к близкому человеку в реанимации и оспаривать его законность. Фиксация возможна двумя способами (а лучше обоими сразу).

Во-первых, на телефон можно записать ваш разговор с медперсоналом и его руководством.

Во-вторых, необходимо подать официальную жалобу главному врачу на нарушение права посещения родственников в реанимации — разумеется, со ссылкой на пункт 15 части 1 статьи 79 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации, который дает вам такое право. Жалобу необходимо подать в двух экземплярах, на одном из которых в приемной главврача должны поставить отметку о том, что обращение принято к рассмотрению. Если в приемной этому препятствуют, снова доставайте телефон и фиксируйте это тоже.

«Все это потом можно приобщить к другой жалобе, которая будет направлена вами в вышестоящую организацию — скорее всего, это будет региональное министерство или департамент здравоохранения», — советует Екатерина Антонова.

Одновременно можно обратиться в Минздрав РФ (через сайт или по горячей телефонной линии в своем регионе).

Есть также специальное надзорное ведомство в сфере здравоохранения — Росздравнадзор (также можно обратиться через сайт, по горячей линии 8 800 550 99 03 или воспользовавшись доступными способами связи с территориальным органом). Наконец, есть территориальный Фонд обязательного медстрахования и прокуратура.

Юристы сходятся во мнении, что общие рекомендации еще будут уточняться, в том числе нормативными актами регионов, в ведении которых находятся больницы. При этом важно понимать, что приказы региональных минздравов и депздравов могут только расширить права родственников, но никак их не сузить.

Поэтому можно предположить, что с появлением первой правоприменительной практики по России еще прокатится волна прокурорских протестов и судебных споров. А среди юристов появится дополнительная специализация — сопровождение родственников, идущих в своему больному в ОРИТ.

Но главное, что в нашей стране появилось закрепленное в законе право увидеться с близким человеком, попавшим на реанимационную койку.

Хочешь, чтобы в стране были независимые СМИ? Поддержи Znak.com

Почему правила доступа родных к пациентам в реанимации надо менять?

Номер приказа о допуске в реанимацию родственников по закону

20 августа в омскую БСМП № 1 госпитализировали Алексея Навального с подозрением на отравление. В медучреждении политик впал в кому. Врачи не сразу пустили к нему его жену Юлию, ссылаясь на то, что «паспорт без свидетельства о браке — недостаточное доказательство их с Алексеем родства».

Благотворители уже несколько лет борются за правила посещения пациентов в реанимации, которые бы защищали права пациентов и их родных, а не становились препятствиями. Несмотря на то, что ситуация становится лучше, людям все равно иногда приходится добиваться разрешения быть рядом с тяжелобольным родственником.

Отделение реанимации и интенсивной терапии Петр Ковалев / ТАСС

Законодательство

Основной документ, который с 2011 года разрешает тяжелобольным пациентам и их родственникам совместно пребывать в медучреждении, это 323 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации«.

В шестой статье закона прописано, что родственники могут посещать пациента и пребывать с ним. Главное, чтобы учитывалось его состояние, соблюдался противоэпидемический режим и интересы иных лиц.

Статья 51 разрешает одному родителю или законному представителю находиться с ребенком в больнице бесплатно.

Как заметила директор фонда «Детский паллиатив» Карина Вартанова, положение о совместном пребывании родителей с детьми в 323 законе сформулировано и прописано более конкретно, чем со взрослыми, но при этом ни те, ни другие нормы «почти не работали».

В 2016 году родительское сообщество создало петицию и потребовало от Минздрава направить во все медицинские организации официальные письма о том, что незаконно разлучать детей с родителями во время госпитализации.

«Решение о допуске или недопуске родственников в реанимацию до сих пор принимается на уровне главного врача или заведующего отделением, причем в 99% случаев это решение принимается не в пользу родственников и пациентов», — было сказано в письме.

Тогда же, в апреле 2016 года, актер и основатель благотворительного фонда Константин Хабенский во время прямой линии обратился к Владимиру Путину. Он рассказал о проблемах людей, чьи близкие попадают в реанимацию, и попросил разрешить родственникам посещать пациентов любого возраста, не только детей.

«У нас есть такой замечательный закон, который действительно работает, он принят — о том, что родители и близкие ребенка или молодого человека до 18 лет, попавшего в сложную ситуацию, имеют право находиться в палатах реабилитации и интенсивной терапии.

[…] Но на местах получается, что к этому закону могут делать добавочки.

[…] Иногда доходит до сумасшествия, и получается ситуация такая, что родственники бегают, тратят нервы, и так попав в сложную ситуацию, собирая какие-то справки, и думают, не придумают ли за ночь еще что-либо», — сказал тогда Хабенский.

После общественного резонанса Минздрав опубликовал правила, позволяющие родственникам посещать пациентов в реанимации. В них прописано, что:

  • Посетители не должны иметь инфекционных заболеваний (но медицинские справки требовать персонал больниц не вправе);
  • В отделения реанимации не допускаются посетители в состоянии опьянения, дети до 14 лет;
  • Одновременно в палате могут пребывать не более двух человек.

В документе не регламентировано посещение пациентов теми, кто не является им родственниками, и не сообщается, как подтверждать родство.

Новая волна обсуждения началась в 2019 году, когда Владимир Путин подписал федеральный закон об изменениях в 14 и 79 статьях Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Поправки обязывают медицинские учреждения предоставить родным возможность посещать пациента «в медицинской организации, в том числе в ее структурном подразделении, предназначенном для проведения интенсивной терапии и реанимационных мероприятий», а также предписывают утверждение общих требований к тому, как должны быть организованы эти посещения.

«Эти две поправки, на самом деле, создали много дополнительных проблем. Да, они были приняты, чтобы четко прозвучало “отделение реанимации и интенсивной терапии” для тех, кто не понимал этого раньше. Но по большому счету в этих поправках говорится о том же самом [о чем уже говорилось в 323 ФЗ], только не совсем корректно», — прокомментировала ТД Вартанова.

Карина объясняет, что в первую очередь трудности для родственников создает использованное в поправках слово «посещение», а не «пребывание».

То есть эта формулировка может пониматься как разовый визит, а не постоянное нахождение рядом с пациентом — «этим пользуются очень многие медучреждения, которые не хотят пускать родных».

Вторая поправка об общих требованиях к организации посещений, по мнению Вартановой, тоже некорректна.

«Общие требования — это только лишние барьеры. Отделения реанимации друг от друга очень сильно отличаются: есть детские — только их у нас около 700 по всей стране, есть взрослые, инфекционные, кардиологические, онкологические и так далее. Плюс, отличаются и материально-технические условия, и возможности различных медицинских организаций.

Поэтому универсальных, стандартных правил, которые можно были бы применить ко всем отделениям, быть не может», — заключила эксперт.

Главное и единственное общее требование, которое необходимо соблюдать, продолжает Вартанова, это обеспечить возможность пребывания родственников с пациентами, как детьми, так и взрослыми, а специфика организации этого пребывания должна определяться на уровне каждого конкретного отделения реанимации.

Критика НКО

Сразу после того, как Владимир Путин подписал закон о внесении изменений в 323 ФЗ, Минздрав опубликовал проект правил, по которым родственников могут пустить в реанимацию:

  • Члены семьи должны получить разрешение у лечащего врача и заведующего отделением;
  • У родственников не должно быть явных признаков инфекционных заболеваний;
  • Перед посещением необходимо снять верхнюю одежду, надеть бахилы, халат, маску и шапочку, а также тщательно помыть руки;
  • Родственникам следует соблюдать тишину, не мешать другим пациентам и врачам, не прикасаться к медицинским приборам;
  • При проведении инвазивных манипyляций вход в палату запрещен;
  • Одновременно в палате может находиться не больше двух посетителей;
  • Детям до 12 лет и посетителям в состоянии алкогольного или наркотического опьянения вход в реанимацию запрещен;
  • Пациент должен лично дать согласие на посещения. Если человек не в состоянии выразить согласие, нужно спрашивать разрешение у законного представителя. В крайнем случае — у заведующего отделением или дежурного врача.

Скорректировать новые правила требовали фонд «Вера», Фонд Константина Хабенского, «Детский паллиатив» и «Волонтеры в помощь детям-сиротам». Благотворители опасались, что документ Минздрава еще сильнее ограничит доступ в реанимацию. Минздрав России исправил проект приказа: в новой версии документа посещать пациентов в реанимации могут не только члены семьи.

Как рассказала «Таким делам» юрисконсульт благотворительного фонда помощи хосписам «Вера» Анна Повалихина, общественное обсуждение проекта продолжалось до 3 января 2020 года, но приказ так и не был утвержден.

Анна Повалихина также напомнила, что эксперты фонда направляли в Минздрав предложения, как лучше доработать проект правил. К примеру, приказ разрешал посещение пациентов только родственникам или законным представителям. Это значит, что человека в больнице не смогут навестить ни друзья, ни соседи или коллеги, ни партнеры.

Кроме того, фонд указал на некорректную формулировку о режиме посещений. Там было сказано, что посещения ограничены «в ночное время или иной период времени», но под эту фразу попадает любая часть суток или недели. Также в проекте Минздрава нечетко сформулировано, кто должен учитывать обстоятельства, связанные с состоянием пациента, соблюдением противоэпидемического режима.

Непонятно, кто вообще должен соблюдать общие требования посещений.

Эксперты «Веры» также считают, что было бы гуманно разрешить круглосуточное посещение пациентов, находящихся в критическом состоянии в реанимации, с согласия руководителя структурного подразделения, а в его отсутствие — дежурного врача.

ТД направили официальный запрос в Минздрав России с просьбой прокомментировать, на каком этапе находится проект. На момент публикации ответ предоставлен не был.

Что происходит сейчас

Как говорит Вартанова, Минздрав работает над документом с лета 2019 года и уже три раза переделывал его, но каждый вариант подвергался активной критике «и со стороны профессионального сообщества, и со стороны НКО». «Поэтому пока мы живем с тем, что есть», — сказала она.

Тем не менее, по словам руководителя «Детского паллиатива», ситуация с допуском родных к пациентам медленно, но неуклонно улучшается. Прецеденты, когда родственников категорически не пустили бы в реанимацию, как к детям, так и ко взрослым, стали единичными. И дело не столько в поправках, сколько в повышенном общественном внимании к этому вопросу, считает эксперт.

«В Москве ситуация сильно изменилась после того, как московский департамент выпустил свой приказ о том, что [родственников] обязательно должны пускать [в реанимацию].

Но опять-таки нет правил без исключений: где-то могут пустить, а где-то нет, потому что субъективный подход и человеческий фактор, к сожалению, никто не отменял. Но как в Москве, так и в регионах, важно помнить, что законных оснований для того, чтобы не пускать, у них реально нет.

Поэтому все те, кто по-прежнему не пускают [родственников в реанимацию], все запреты и ограничения — это чистой воды волюнтаризм местных руководителей», — заметила Вартанова.

Заведующий отделением рентгенохирургии ГБК №52 Александр Ванюков подтверждает, что в Москве проблем с недопуском родственников в реанимацию к тяжелобольным действительно стала меньше: «Где-то пускают по часам, где-то в любое время». В регионах же, считает врач, ситуация гораздо хуже и родных к пациенту «пускают либо по очень большой договоренности, либо за деньги, либо не пускают вообще».

Причин, по которым людей не пускают в реанимацию, может быть несколько, говорит Ванюков: отделения реанимации и интенсивной терапии переполнены, или медперсонал боится, что «кто-то из родственников что-то сделает не так, начнет паниковать или возмутится условиями больницы».

«Никто не любит, когда какие-то посторонние глаза смотрят, как ты работаешь, еще, не дай бог, вопросы начнут задавать. Это немножко раздражает, — объясняет Ванюков.

— Все понимают, что надо отвечать [на вопросы родных], но с другой стороны, когда у тебя катастрофически не хватает времени, ты устал и у тебя впереди еще и какая-то смена в другом месте, то желание общаться с посетителями, конечно, притупляется», — говорит Ванюков.

Он также считает, что из-за того, что врачи не доверяют родственникам, а родственники не доверяют врачам, «то медперсонал начинает вести себя как люди, облеченные властью, то есть не пускать, а другие, наоборот, всеми силами пытаются эту власть уличить в каких-то смертных грехах». Часто в реанимациях просто нет специального места, где врачу можно пообщаться с родственниками, говорит он. Поэтому проще не пустить родных к пациенту, чем пытаться изменить инфраструктуру.

«Эпидемия показала, что может быть по-другому»

Другое препятствие для родственников на сегодняшний день — это карантин по коронавирусу, продолжает Карина Вартанова. «И тут, я думаю, тоже будет много спекуляций, даже когда острота проблемы схлынет».

Анна Повалихина также уточнила, что из-за пандемии коронавируса в начале 2020 года ввели ограничительные меры — в больницах полностью были запрещены посещения пациентов. В регионах карантинные меры вводились отдельно постановлениями главных санитарных врачей субъектов РФ, говорит она, и в некоторых из них все еще продолжают действовать.

В то же время, рассказывает Александр Ванюков, эпидемия показала, как важно, чтобы с пациентами отделений реанимации находился кто-то, помимо врачей и медицинского персонала. Во время пандемии ГКБ №52 была перепрофилирована для приема людей с коронавирусом. На помощь медикам отобрали волонтеров, которые имели доступ в красные зоны, в том числе в отделения реанимации.

«Сначала те волонтеры, которые хотели работать с пациентами, ходили в линейные отделения, а потом, если проявляли себя нормально: не падали в обморок, не хамили, — уже могли попасть в реанимацию. И ничего страшного не произошло. Абсолютно чужие люди ходили, мыли, переворачивали [тяжелобольных пациентов].

Они научились общаться с людьми на ИВЛ — таскали какие-то магнитные доски, где детской азбукой выкладывали слова, выясняли, что человеку хочется.

Более того, выяснилось, что люди в критическом состоянии, к которым подходили волонтеры, выздоравливали быстрее и лучше, чем те, кто изначально был в более легком состоянии, но с которыми не работали волонтеры», — рассказал Ванюков.

По словам Ванюкова, был период, когда доступ к тяжелобольным пациентам имели около 460 волонтеров, «и никаких проблем с точки зрения утечки информации, каких-то неадекватных реакций не было».

Наоборот, добровольцы замечали те детали, на которые врачи в рутине могли не обратить внимания. «Может быть, нам повезло.

Конечно, это не репрезентативная выборка, но это показывает, что все можно контролировать и так можно работать».

«Все говорят, что мы [врачи] с пациентами по одну сторону баррикад, вместе боремся против болезни. На деле есть некоторые противопоставления: вот мы — врачи, а они — наши пациенты. А волонтеры и родственники создают вот эту прослойку, которая позволяет нам всем оказаться на одной стороне», — заключил Ванюков.

Юрисконсульт Анна Повалихина считает, что судьба проекта Минздрава будет зависеть от развития эпидемиологической ситуации.

О законе и правах
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: